Неточные совпадения
Мелькала постоянно во все эти дни у Раскольникова еще одна
мысль и страшно его беспокоила, хотя он даже старался прогонять ее от себя, так она была тяжела для него! Он думал иногда: Свидригайлов все вертелся около него, да и теперь вертится; Свидригайлов узнал его тайну; Свидригайлов имел замыслы против Дуни. А если и теперь имеет? Почти наверное можно сказать, что да.А если теперь, узнав его тайну и таким
образом получив над ним власть, он захочет употребить ее как оружие против Дуни?
А Обломов, лишь проснется утром, первый
образ в воображении —
образ Ольги, во весь рост, с веткой сирени в руках. Засыпал он с
мыслью о ней, шел гулять, читал — она тут, тут.
Не каким-либо законоположением, но дозволением токмо и
образом своих
мыслей.
Я решительно не помню, каким
образом вошла мне в голову такая странная для ребенка
мысль, но помню, что она мне очень нравилась и что на все вопросы об этом предмете я отвечал, что непременно поднесу бабушке подарок, но никому не скажу, в чем он будет состоять.
Он всё лежал, стараясь заснуть, хотя чувствовал, что не было ни малейшей надежды, и всё повторял шопотом случайные слова из какой-нибудь
мысли, желая этим удержать возникновение новых
образов. Он прислушался — и услыхал странным, сумасшедшим шопотом повторяемые слова: «не умел ценить, не умел пользоваться; не умел ценить, не умел пользоваться».
Казалось, в нем созревало какое-то решение, которое его самого смущало, но к которому он постепенно привыкал; одна и та же
мысль неотступно и безостановочно надвигалась все ближе и ближе, один и тот же
образ рисовался все яснее и яснее впереди, а в сердце, под раскаляющим напором тяжелого хмеля, раздражение злобы уже сменялось чувством зверства, и зловещая усмешка появлялась на губах…
«Весьма вероятно, что если б не это — я был бы литератором. Я много и отлично вижу. Но — плохо формирую, у меня мало слов. Кто это сказал: «Дикари и художники
мыслят образами»? Вот бы написать этих стариков…»
Он полюбовался сочетанием десятка слов, в которые он включил
мысль и
образ. Ему преградила дорогу небольшая группа людей, она занимала всю панель, так же как другие прохожие, Самгин, обходя толпу, перешел на мостовую и остановился, слушая...
Поработав больше часа, он ушел, унося раздражающий
образ женщины, неуловимой в ее
мыслях и опасной, как все выспрашивающие люди. Выспрашивают, потому что хотят создать представление о человеке, и для того, чтобы скорее создать, ограничивают его личность, искажают ее. Клим был уверен, что это именно так; сам стремясь упрощать людей, он подозревал их в желании упростить его, человека, который не чувствует границ своей личности.
Она привыкла скрывать от него свои чувства и
мысли, ибо никогда не могла знать наверно, каким
образом будут они приняты.
Таким
образом оказывалось, что Бородавкин поспел как раз кстати, чтобы спасти погибавшую цивилизацию. Страсть строить на"песце"была доведена в нем почти до исступления. Дни и ночи он все выдумывал, что бы такое выстроить, чтобы оно вдруг, по выстройке, грохнулось и наполнило вселенную пылью и мусором. И так думал и этак, но настоящим манером додуматься все-таки не мог. Наконец, за недостатком оригинальных
мыслей, остановился на том, что буквально пошел по стопам своего знаменитого предшественника.
Это последнее действие до того поразило Бородавкина, что он тотчас же возымел дерзкую
мысль поступить точно таким же
образом и относительно прованского масла.
В робости сердца моего
мыслю, однако же, что самое сознание сей невозможности послужило бы им наконец и к облегчению, ибо, приняв любовь праведных с невозможностью воздать за нее, в покорности сей и в действии смирения сего, обрящут наконец как бы некий
образ той деятельной любви, которою пренебрегли на земле, и как бы некое действие, с нею сходное…
Мысль о том: как бы самым хитрейшим
образом поймать сейчас брата Дмитрия, от него, очевидно, скрывающегося?
— Вообрази себе: это там в нервах, в голове, то есть там в мозгу эти нервы (ну черт их возьми!)… есть такие этакие хвостики, у нервов этих хвостики, ну, и как только они там задрожат… то есть видишь, я посмотрю на что-нибудь глазами, вот так, и они задрожат, хвостики-то… а как задрожат, то и является
образ, и не сейчас является, а там какое-то мгновение, секунда такая пройдет, и является такой будто бы момент, то есть не момент, — черт его дери момент, — а
образ, то есть предмет али происшествие, ну там черт дери — вот почему я и созерцаю, а потом
мыслю… потому что хвостики, а вовсе не потому, что у меня душа и что я там какой-то
образ и подобие, все это глупости.
Но главное в том, что они никогда не пробовали объяснить, каким
образом материальное бытие может переходить в сознание, в
мысль.
Наша национальная
мысль все еще грешит провинциализмом, и направлена она, главным
образом, на сведение отрицательных счетов.
В религиозном отношении он был также типичным крестьянином: никогда не думал о метафизических вопросах, о начале всех начал, о загробной жизни. Бог был для него, как и для Араго, гипотезой, в которой он до сих пор не встречал надобности. Ему никакого дела не было до того, каким
образом начался мир, по Моисею или Дарвину, и дарвинизм, который так казался важен его сотоварищам, для него был такой же игрушкой
мысли, как и творение в 6 дней.
И язык изменяет ей на каждом шагу; самый
образ проявления самоволия
мысли и чувства, — все, что так неожиданно поразило его при первой встрече с ней, весь склад ума, наконец, характер, — все давало ей такой перевес над бабушкой, что из усилия Татьяны Марковны — выручить Веру из какой-нибудь беды, не вышло бы ровно ничего.
С
мыслью о письме и сама Вера засияла опять и приняла в его воображении
образ какого-то таинственного, могучего, облеченного в красоту зла, и тем еще сильнее и язвительнее казалась эта красота. Он стал чувствовать в себе припадки ревности, перебирал всех, кто был вхож в дом, осведомлялся осторожно у Марфеньки и бабушки, к кому они все пишут и кто пишет к ним.
Он нарисовал глаза закрытыми, глядя на нее и наслаждаясь живым
образом спящего покоя
мысли, чувства и красоты.
Его увлекал процесс писанья, как процесс неумышленного творчества, где перед его глазами, пестрым узором, неслись его собственные
мысли, ощущения,
образы. Листки эти, однако, мешали ему забыть Веру, чего он искренно хотел, и питали страсть, то есть воображение.
Действительно, из разговора Лопухова с Верочкою обнаруживается, что
образ его
мыслей гораздо легче мог показаться хорош людям вроде Марьи Алексевны, чем красноречивым партизанам разных прекрасных идей.
Таким
образом, Марья Алексевна шла понемногу к
мысли возобновить сношения с дочерью.
Таким
образом, по
мысли Беме, природа в сущности не создана, но, так сказать, автоматически, с правильностью часового механизма, с которым так часто сравнивается у Беме мироздание, возникает в Боге и раскрывается на разных ступенях.
Учение Канта о «разумной вере» страдает половинчатостью, это полувера-полуразум: хотя ею переступается область познаваемого разумом, но в то же время разум не хочет отказаться от своего господства и контроля и в этой чуждой ему области [Для противоречивости и двойственности идей Канта в вопросе о вере характерна глава «Критики практического разума» под заглавием: «Каким
образом возможно
мыслить расширение чистого разума в практическом отношении, не расширяя при этом его познания как разума спекулятивного?» Здесь «теоретическое познание чистого разума еще не получает прироста.
Впоследствии он еще раз высказал эту же
мысль: «В том, что обычно зовут диалектикой исторического процесса, я вижу подобный спору Иова диалог между Человеком и Тем, Кто вместе с
образом Своим и подобием даровал ему и Свое отчее Имя A3 ЕСМЬ, дабы земной носитель этого Имени, блудный сын, мог в годину возврата сказать Отцу: Воистину ТЫ ЕСИ, и только потому есмь аз» (там же.
И о всяком
образе и сравнении, помощью которого стали бы
мыслить Тебя, я знаю, что это не есть соответствующий Тебе
образ.
Как и в прочем невозможно
мыслить что-либо, если думать о чуждом и заниматься другим, и ничего нельзя присоединять к предмету
мысли, чтобы получился самый этот предмет, — так же следует поступать и здесь, ибо, имея представление другого в душе, нельзя этого
мыслить вследствие действия представления, и душа, охваченная и связанная другим, не может получить впечатления от представления противоположного; но, как говорится о материи, она должна быть бескачественна, если должна воспринимать
образы (τύπους) всех вещей, также и душа должна быть в еще большей степени бесформенна, раз в ней не должно быть препятствия для ее наполнения и просвещения высшей (της πρώτης) природой.
В этом основном и предельном акте творения мы имеем дело с полной непостижимостью, ибо понять, каким
образом в уконе возникает меон, нельзя, здесь опять предел для
мысли.
С. 274 Трудно предположить, чтобы выражение «богиня» в применении к Софии у Вл. Соловьева было здесь обмолвкой или только поэтическим
образом, а не точным выражением его
мысли.].
«Единый, безначальный, непостижимый, вполне имеющий всю мощь бытия, исключает всякую
мысль о времени и
образе, как недоступный ни для кого и непознаваемый ничем из сущего в природных представлениях.
Он называет «бредом о творении» (creatürlicher Wahn)
мысль, «будто Бог есть нечто чуждое, и пред временем создания тварей и этого мира держал в себе в троице своей мудростью совет, что Он хочет сделать и к чему принадлежит всякое существо, и таким
образом сам почерпнул из себя повеление (Fürsatz), куда надо определить какую вещь [IV, 405.].
С. 324.], «представление мое есть
образ, как он возвышен уже до формы всеобщности
мысли, так что удерживается лишь одно основное определение, составляющее сущность предмета и предносящееся представляющему духу» (84) [Ср. там же.
Равным
образом и высшие обобщения философской
мысли, которая не может задержаться на пустом и абстрактном монизме, но ищет живой и слитной множественности, моноплюрализма, свидетельствует о том же.
В ней подлинно софийно не это универсальное, логическое, трансцендентальное сознание или мышление, которое есть лишь провизорное средство выразить мир, его ассимилировать
мыслью в данном разрезе бытия, в
образах логических понятий, но именно самая φιλία, эрос [Отождествление «эроса» и «филиа» не вполне правомерно.
«Если бы держал Он когда-либо в себе совет, каким
образом открыться, то Его откровение не было бы от вечности, вне чувства и места, стало быть, и тот совет должен был бы иметь начало и стать причиной в Божестве, ради которой Бог совещался в Троице Своей, должны бы быть, следовательно, в Боге
мысли, которые явились Ему как бы в виде
образов, когда Он хотел идти навстречу вещам.
«Тайна этого состоит в том, что верующие люди должны направлять свою душу и
мысли к небесной подруге в момент соединения с дольней, потому что эта есть
образ той».
Затем разговор переменился. Февральская революция и 1848 год вышли из могилы и снова стали передо мной в том же
образе тогдашнего трибуна, с несколькими морщинами и сединами больше. Тот же слог, те же
мысли, те же обороты, а главное — та же надежда.
Образ несчастного страдальца, задыхающегося от собственной полноты
мыслей, которые теснятся в его голове, не находя выхода, не мог не нравиться нам тогда.
Возражения против моей
мысли и моего познания я всегда проецировал во вне, в
образе врага моих идей и верований, с которым я вел борьбу.
Я высказывал
мысль (в 22 году), что западные государства должны формально признать советскую власть, что таким
образом прекратится изоляция советской России и она будет внедрена в мировую жизнь, что может смягчить самые дурные стороны большевизма.
«Что ж такое, что мы богаты, а они бедны? — думал я, — и каким
образом из этого вытекает необходимость разлуки? Отчего ж нам не разделить поровну того, что имеем?» Но я понимал, что с Катенькой не годится говорить об этом, и какой-то практический инстинкт, в противность этим логическим размышлениям, уже говорил мне, что она права и что неуместно бы было объяснять ей свою
мысль.
Чистый богослов
мыслит от лица Церкви и опирается главным
образом на Священное Писание и священное предание, он принципиально догматичен, его наука социально организована.
Русская религиозная философия пробудилась от долгого сна
мысли вследствие толчков, полученных от германской философии, главным
образом от Шеллинга и Гегеля.
Он предлагает новое антропологическое доказательство бытия Божьего. «Идея Бога действительно дана человеку, но только она дана ему не откуда-нибудь извне, в качестве
мысли о Боге, а предметно-фактически осуществлена в нем природою его личности, как нового
образа Бога.
И в его
образе и
образе его
мыслей было что-то суровое.
О. С. Булгаков — одно из течений русской религиозной
мысли, главным
образом сосредоточенных на теме о божественности космоса.
Последняя имела хоть некоторое основание подозревать, что ее выдадут за Бахарева, и свыклась с этой
мыслью, а дочь миллионера даже не видала ни разу своего жениха, равным
образом как и он ее.
Nicolas несколько раз окольными путями, самым осторожным
образом, пытался навести Привалова на
мысль, что цель оправдывает средства и что стоит только сразиться с противниками их же собственным оружием — успех будет несомненный.